Укротитель кроликов
Книги и материалы о кроликах / Укротитель кроликов
Страница 2

К тому же я все равно хуже, чем обо мне думают. Серьезно.

2

Итак, я прошел по коридору и сочувственно пожал руки угнетаемому директорскому сословию. Все они называли меня по имени-отчеству, Андреем Дмитриевичем, что свидетельствовало не столько о моем авторитете, сколько о моей близости к начальственному туловищу.

В приемной я ласково кивнул Лене и открыл дверь кабинета Храповицкого. Краем глаза я успел заметить. как Лену перекосило. Мне даже показалось, что ее очки съехали набок. Кроме партнеров шефа я единственный во всем холдинге пользовался привилегией входить в его кабинет без доклада и стука. За это попрание своих прав Лена меня ненавидела.

Иногда я подумывал о том, чтобы затащить ее в постель, с единственной целью посмотреть, снимает ли она свои очки, оставшись голой. Кстати, в этом смысле я демократ. То есть, бывает, сплю и с секретаршами.

Храповицкий сидел вместе с Васей, точнее Василием Шишкиным, другим своим партнером, который еще три года назад был высокопоставленным чиновником областной администрации. И помог Храповицкому провернуть главную сделку их жизни.

Храповицкий был высокий, поджарый с крупными чертами лица, яркими ироничными черными глазами, густыми бровями, горбатым носом и широким чувственным ртом. Свои непослушные волосы он стриг коротко. Прическа открывала уши, маленькие, острые и прижатые.

Одевался шеф так, чтобы если бы он был рок-звездой, ему можно было бы не петь. Достаточно было бы просто ходить по сцене. Экстравагантные вечерние костюмы от Версаче, прозрачные кружевные рубашки и шелковые шейные платки. Наверное, по его мнению, это добавляло колорита в скучные будни его подчиненных.

Обстановка в кабинете была под стать манере Храповицкого одеваться. Стены, выкрашенные в холодный ярко-синий цвет, упирались в пол, выложенный плитами из серого камня. Красные, пластиковые кресла, мало приспособленные для того, чтобы на них сидели, и стеклянные столы, на которые невозможно было поставить чашку кофе, чтобы не оставить разводов.

Кабинет оформляла одна из подруг Храповицкого, считавшая себя современным дизайнером. Ее вкусом он искренне восхищался. Что до меня, то через полчаса пребывания здесь я испытывал приступы острой головной боли и нестерпимого желания признаться в чем-нибудь нехорошем, чего я, может, и не совершал вовсе. Полагаю, весь этот ураган цвета был ее изощренной местью Храповицкому за ее погубленную молодость.

Вася был самым старым из нас. Ему уже перевалило за сорок. Он тоже был высоким, еще выше Храповицкого, импозантным полнеющим мужчиной с благородной сединой в висках, грустными карими глазами и холеной благообразной бородкой. Никакой вольности в одежде Вася не признавал и носил только сшитые на заказ костюмы.

Трезвым я Васю не видел никогда. Да и не мечтал, хотя примерно раз в неделю он торжественно объявлял о том, что бросил пить, и настоятельно рекомендовал мне поступить так же. Я в рот не брал спиртного, но требовать от Васи, чтобы он запомнил что-то, непосредственно к нему не относящееся, было бы бесчеловечно.

Храповицкий и Вася были заняты важным делом: обсуждали возможность приобретения недвижимости в Монако. Собственно, обсуждал Вася. Храповицкий лишь вставлял какие-то реплики, раскладывал в компьютере пасьянсы и время от времени коротко отвечал на телефонные звонки.

Я поздоровался и уселся в кресло, игнорируя страдальческий взгляд шефа, в котором читалась просьба сделать с Васей что-нибудь плохое.

Вася между тем увлеченно листал каталоги с цветными фотографиями.

— Вот за этот дом, к примеру, просят всего шесть миллионов долларов. — Вася тыкал в картинку пальцем. — Ты только посмотри, какая красота!

Отчаявшись получить мою помощь, Храповицкий, наконец, вступил в беседу.

— Вася, — как ребенка начал уговаривать он. — В Монако скучно. Там не пьют по ночам, не заставляют телок раздеться догола в ресторане и не разбивают дорогие тачки о фонарные столбы. Ты там вымрешь, как мамонт, без привычной тебе обстановки. Представь, с утра и до вечера только ты и две твои жены. Все трое трезвые. Это же тюрьма, Вася. Ну зачем тебе тюрьма в Монако?

Перечень того, что запрещалось в Монако, был на удивление схож со списком последних Васиных подвигов. Но Вася предпочел этого не заметить.

— Как зачем? — горячился он. — Там все живут. Мадонна. Принц. Мне говорили в агентстве недвижимости. Приличные люди.

— Вася, посмотри в зеркало. Ты не похож на Мадонну, — резонно заметил Храповицкий. — У тебя даже музыкального слуха нет.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Смотрите также

Остеодистрофия
В сохранении продовольственной независимости России одно из ведущих мест должны занимать высокая продуктивность животных, сохранность молодняка и получение чистой в экологическом аспекте пр ...

Предложения
1. Зооветеринарным специалистам хозяйства необходимо регулярно проводить мониторинг объектов окружающей среды и кормов на на­личие тяжелых металлов, а также осуществлять плановую диспансеризацию ср ...

Ларвальные цестодозы (тениидозы)
I. Тениидозы, при которых человек является окончательным хозяином возбудителей. А. Цистицеркоз крупного рогатого скота (бовистый, бычий солитер, финноз к.р. ...