Отпуск
Страница 9

Что ж, подумал Райан, на здании штаб-квартиры ЦРУ на шоссе Джорджа Вашингтона больше не висит надпись «Федеральная администрация шоссейных дорог». Кэти находила это очень забавным. Очевидно, и от лондонских таксистов нельзя ничего сохранить в тайне.

Кэти вышла из такси под мостом развязки у клиники Хаммерсмита, и водитель, развернувшись, быстро проехал несколько кварталов до Сенчури-Хауза. Райан вошел в здание, прошел мимо старшего сержанта Кандертона и поднялся к себе в кабинет.

Войдя в дверь, он, не снимая плащ, бросил на стол Саймону свежий номер «Телеграфа».

— Я это уже читал, — тотчас же ответил Хардинг.

— Кто проболтался?

— Точно сказать не могу. Скорее всего, кто-нибудь из Министерства иностранных дел. Мы вкратце ввели их в курс дела. А может быть, кто-то из администрации премьер-министра. Сэр Бейзил очень недоволен, — заверил Райана Хардинг.

— С редакцией вы еще не связывались?

— Нет. Мы обо всем узнали только тогда, когда материал появился в утреннем номере.

— Мне казалось, у вас в Англии газетчики относятся к правительству более лояльно.

— Как правило, все обстоит именно так, что наводит меня на мысль, что утечка все же произошла из администрации премьер-министра.

Лицо Хардинга оставалось совершенно невинным, но Джек поймал себя на том, что пытается прочитать его выражение. Увы, это гораздо лучше получалось у Кэти. У Райана возникло ощущение, что Хардинг не до конца искренен с ним, однако никаких причин жаловаться на это у него не было, ведь так?

— За ночь ничего не пришло?

Хардинг покачал головой.

— Ничего интересного. По поводу операции «Беатрикс» тоже ничего. Ты уже сказал свей жене насчет предполагаемой командировки?

— Да. Правда, я совсем забыл вас предупредить о том, что она прекрасно читает мои мысли.

— Этим умением обладают практически все жены, Джек, — громко рассмеялся Хардинг.

На столе перед Зайцевым лежала та же самая кипа входящих и исходящих сообщений, всегда несколько отличная в конкретных мелочах, но по большому счету неизменная: донесения оперативных работников, передающих информацию на самые различные темы, полученную от зарубежных агентов. В памяти Олега Ивановича осели сотни названий операций и многие тысячи их деталей, в том числе настоящие фамилии нескольких агентов и кодовые имена многих-многих других.

Как и во все предыдущие дни, Зайцев неторопливо просматривал всю утреннюю почту перед тем, как отправить ее наверх, стремясь отложить в памяти все наиболее важные подробности.

Разумеется, некоторая информация была защищена многократно. Так, вероятно, в штаб-квартире ЦРУ имелся внедренный агент, однако Олегу Ивановичу не было известно о нем ничего, кроме его кодового имени — Труба. Даже информация, которую передавал Труба, скрывалась за многочисленными слоями наложенных друг на друга шифров — в том числе, полученных с использованием одноразовых блокнотов. Однако все эти данные направлялись одному полковнику с шестого этажа, который занимался изучением деятельности ЦРУ и работал в тесном сотрудничестве с Вторым главным управлением — из чего следовало, что Труба передавал КГБ сведения, интересующие Второе управление, а это означало информацию об агентах, работающих на ЦРУ здесь, в Москве. При одной мысли об этом Зайцева бросало в дрожь, однако он поделился своими опасениями с американцами, с которыми установил контакт. Те, в свою очередь, должны были снабжать все свои донесения относительно него специальной пометкой, которая существенно ограничивала бы число ознакомившихся с этими донесениями. Олегу Ивановичу было известно, что Труба получал за свое предательство огромные суммы, поэтому он, скорее всего, не входил в высшее руководство Управлением, которое, по прикидкам Зайцева, и так зарабатывало очень неплохо. Вот агент, работающий на КГБ по идеологическим причинам, внушил бы гораздо большую тревогу. К счастью, Олегу Ивановичу не приходилось слышать о таких из числа американцев — а если бы такие были, уж он-то должен был о них знать, разве не так?

Офицер связи успокоил себя тем, что через неделю, а то и раньше, он окажется на Западе, в полной безопасности. Хотелось надеяться, что с Ириной не случится припадок, когда она узнает о его замыслах. Впрочем, скорее всего, этого не произойдет. Близких родственников у его жены не было. Ее мать умерла в прошлом году, от чего Ирина до сих пор не могла оправиться; братьев и сестер у нее не было, и ей не нравилась работа в ГУМе из-за мелочной коррупции, царящей там. К тому же, он пообещает ей купить пианино, о котором она так мечтает, но которое Олег Иванович не мог купить даже на свою зарплату майора КГБ, какой бы относительно высокой она не казалась.

Страницы: 4 5 6 7 8 9 10

Смотрите также

Пищевые токсикоинфекции и токсикозы
...

Ангорские карликовые кролики
В 1997 году в Москве появились первые карликовые ангорки из Польши. Животные были без клейм и без соответствующих этим клеймам документам (само по себе клеймо говорит лишь о месте рождения животного ( ...

Аудиторские риски
Риск аудитора (аудиторский риск) означает вероятность в бухгалтерской отчетности экономического субъекта не выявленных существенных ошибок и (или) искажений после подтверждения ее достоверности или ...